Возмещение расходов
 20 декабря 2010 г.

Возмещение расходов: разница за счет лизингополучателя


Сделки финансового лизинга заслуженно считаются одними из самых сложных в предпринимательской практике. Причина здесь не только в правовых отношениях, но и в специфике бухгалтерских и налоговых особенностей таких операций. Даже если все нюансы детально прописаны в договоре, порой какая-либо из сторон понимает их по-своему. Возникающие при этом споры приходится разрешать в суде.

Фабула дела

По договору финансового лизинга лизинговая компания (далее — СООО) поставила лизингополучателю — ОДО оборудование стоимостью 55 млн бел. руб., в том числе НДС — 8,4 млн бел. руб. за установленную цену с обязательством выкупа по истечении срока лизинга. Данное оборудование было приобретено истцом (СООО) по указанию лизингополучателя (ОДО) у УП «Л», получено по ТТН и передано ответчику (ОДО) по акту приема-передачи. Цена договора лизинга составила 28,6 тыс. долл., включая общую контрактную стоимость переданного имущества — 26 тыс. долл. и вознаграждение лизингодателя — 2,6 тыс. долл.

В договоре лизинга был приведен состав контрактной (выкупной) стоимости имущества и порядок возмещения расходов лизингодателя. В частности, по условиям указанного договора лизингополучатель был обязан возместить лизингодателю расходы, связанные с возникающей разницей между учитываемой в белорусских рублях суммой НДС от контрактной стоимости предмета лизинга, перечисленной лизингополучателем к моменту выкупа оборудования, и суммой НДС в белорусских рублях, принятой у лизингодателя к налоговому вычету после уплаты им стоимости объекта лизинга продавцу.
Однако ОДО, оплатив к моменту получения имущества в собственность его контрактную стоимость в полном размере, не исполнило принятых обязательств по возмещению расходов, предусмотренных договором, поэтому лизингодатель — СООО — обратился в суд с требованием о принудительном взыскании с ОДО расходов в сумме 1,2 млн бел. руб.

Выводы судебных инстанций

Отказывая в удовлетворении заявленного требования суд первой инстанции указал, что ответчик — ОДО — возместил СООО контрактную стоимость предмета лизинга в полном объеме, а истец не представил суду документальные подтверждения понесенных им расходов, являющихся предметом спора.
Поскольку установление наличия или отсутствия данных расходов требовало комплексного анализа и специальных познаний, апелляционной инстанцией была назначена судебная бухгалтерско-экономическая экспертиза.

Согласно заключению эксперта истцом действительно были понесены эти расходы, поэтому апелляционная инстанция удовлетворила требование истца и отменила решение суда первой инстанции.

ОДО обратилось с кассационной жалобой, полагая, что указанный судебный акт является необоснованным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов, изложенных в судебном постановлении, материалам и фактическим обстоятельствам дела. ОДО, в частности, указывало, что заключение эксперта и содержащиеся в нем выводы относительно фактических обстоятельств дела были неверно истолкованы апелляционной инстанцией, что привело к судебной ошибке в оценке этих обстоятельств.

Лизингодатель (СООО) считал, что он понес расходы в виде уплаты в бюджет разницы между учтенной суммой НДС и принятой к налоговому вычету, и эти расходы должен был возместить лизингополучатель. Лизингополучатель (ОДО) в то же время был уверен, что эти расходы он уже возместил СООО до того, как они им были понесены, поскольку оплата лизинговых платежей по договору производилась с учетом роста курса доллара. Каждый из платежей содержал в себе НДС, увеличившийся в связи с изменением валютного курса.

В отзыве на кассационную жалобу СООО сослалось на необоснованность доводов ОДО. В соответствии со ст. 297 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь основаниями для изменения или отмены судебного постановления суда первой и (или) апелляционной инстанции являются необоснованность судебных постановлений, нарушение или неправильное применение норм материального и (или) процессуального права.

Кассационная коллегия не нашла оснований для отмены либо изменения судебного постановления апелляционной инстанции хозяйственного суда по делу исходя из следующего.

Когда курсовые разницы не без разницы…

Согласно п. 4, 5, 6 Положения о лизинге на территории Республики Беларусь (далее — Положение), утвержденного постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 31.12.1997 № 1769, действовавшим в период заключения и исполнения договора лизинга, цена договора лизинга устанавливалась лизингодателем по согласованию с лизингополучателем при заключении договора лизинга исходя из суммы инвестиционных расходов лизингодателя, связанных с исполнением данного договора, и суммы его вознаграждения (дохода) либо совокупности лизинговых платежей и выкупной стоимости, если по условиям договора предусмотрен выкуп объекта лизинга. Вознаграждение (доход) лизингодателя состояло из оплаты за все виды работ и услуг по договору лизинга и представляли собой разность между общей суммой причитающихся (полученных) лизинговых платежей и суммой платежей, возмещающих инвестиционные затраты.

Все текущие расходы лизингодателя, не включенные в состав инвестиционных, подлежали возмещению за счет полученного дохода лизингодателя.

Исходя из смысла п. 2 Положения и принципа свободы договора условия договора лизинга могут быть определены по усмотрению сторон в порядке и пределах, предусмотренных законодательством, как того требует ст. 392 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК).

Помимо необходимых условий стороны в договоре предусмотрели условия возмещения расходов, связанных с возникающей разницей между учитываемой в белорусских рублях суммой НДС от контрактной стоимости объекта лизинга, полученного от лизингополучателя, и суммой НДС в белорусских рублях, принятой у лизингодателя к налоговому вычету после уплаты лизингодателем продавцу стоимости объекта лизинга. Этот пункт договора имел отношение только к договорам лизинга в иностранной валюте. Аналогичная норма содержится в п. 1.1.1 Указа Президента Республики Беларусь от 08.04.2004 № 171 «О некоторых мерах по улучшению условий реализации автомобильных транспортных средств отечественного производства».
Как указывал истец, применение такого условия было вызвано тем, что НДС по отечественному законодательству рассчитывался в белорусских рублях, а обязательства сторон и расчеты по договору осуществлялись в иностранной валюте.

С учетом данных обстоятельств кассационная инстанция пришла к выводу о правомерности данного условия договора лизинга.

В соответствии с п. 1.1.6 ст. 2 Закона Республики Беларусь от 19.12.1991 № 1319-ХП «О налоге на добавленную стоимость» (далее — Закон) в редакции, действовавшей в период исполнения договора лизинга, обороты по передаче лизингодателем объекта лизинга лизингополучателю являлись объектом обложения НДС. Заметим, что в настоящее время аналогичная норма содержится в п. 1.1.5 ст. 93 Налогового кодекса Республики Беларусь (далее — НК).

Налоговая база при передаче лизингодателем объекта лизинга лизингополучателю определяется как сумма лизинговых платежей. Если по условиям договора лизинга объект лизинга выкупается лизингополучателем, налоговая база увеличивается на сумму выкупной стоимости объекта лизинга.

Согласно условиям договора лизинга расчеты лизингополучателя по рассматриваемому договору осуществлялись в иностранной валюте. В соответствии с п. 3 ст. 6 Закона при определении налоговой базы оборот плательщика в инвалюте пересчитывался в белорусские рубли по курсу Нацбанка на момент фактической реализации товаров.

В связи с ростом курса валюты в период осуществления ответчиком платежей по договору лизинга суммы НДС, подлежащие уплате лизингодателем в бюджет при получении лизинговых платежей, постоянно изменялись по сравнению с суммой НДС, которая подлежала бы уплате при перечислении всей суммы лизинговых платежей на момент заключения договора.

Согласно п. 32 ст. 16 Закона при приобретении объектов лизинга по договорам финансового лизинга на территории Республики Беларусь у плательщиков налога в Республике Беларусь суммы налога в части контрактной стоимости объекта лизинга принимались к вычету. Аналогичная норма содержится в п. 4 ст. 107 НК. Поскольку приобретение объекта лизинга осуществлялось за белорусские рубли, сумма НДС, принимаемая лизингодателем к налоговому вычету в части контрактной стоимости объекта лизинга, всегда являлась твердой.

Анализируя материалы дела кассационная инстанция пришла к выводу, что из-за курсовой разницы сумма НДС, принятая у лизингодателя к налоговому вычету, и суммы НДС, исчисленные из контрактной стоимости объекта лизинга, различаются. Сумма, принятая к налоговому вычету, меньше, поскольку на момент оплаты объекта договора лизинга курс доллара был ниже, стоимость данного объекта была определена на момент продажи с учетом НДС, сумма которого была отражена в накладной, по которой был получен объект лизинга. Контрактная стоимость перечислялась лизингополучателем на расчетный счет истца в виде лизинговых платежей, размер которых в договоре лизинга был определен в виде твердых сумм в инвалюте. Сумма платежа в белорусских рублях определялась по текущему курсу Нацбанка, поэтому она менялась в зависимости от изменения курса, причем в большую сторону, так как курс доллара вырос по сравнению с курсом на момент приобретения имущества. Общая сумма НДС, исчисленного из лизинговых платежей (контрактной стоимости), оказалась больше суммы, принятой к налоговому вычету у лизингодателя. Образовавшаяся разница (1,2 млн бел. руб.) была уплачена истцом (лизингодателем) в бюджет, что привело к уменьшению его активов на данную сумму. Этот факт не отрицался ответчиком.

Таким образом, апелляционная инстанция обоснованно пришла к выводу о том, что истцом действительно были понесены расходы, ставшие предметом иска. Данный вывод также был подтвержден письмом Министерства финансов Республики Беларусь. Достоверность данных бухгалтерского учета истца в период срока действия договора лизинга была подтверждена имеющимся в деле аудиторским заключением.
Доводы ответчика о том, что оспариваемые им расходы были возмещены истцу до того, как он их понес, кассационная инстанция отклонила.

Во исполнение договора ответчик перечислил в адрес истца лизинговые платежи, предусмотренные договором лизинга, в долларах, что подтверждало выполнение им обязанности по оплате контрактной стоимости объекта лизинга в размере, согласованном в договоре. Расходы по оплате НДС производились истцом дополнительно к оплате суммы контрактной стоимости объекта лизинга, согласованной сторонами в договоре. В то же время ОДО не производило дополнительных платежей по договору, кроме оплаты лизинговых платежей, из чего следует, что расходы истца ответчиком возмещены не были. Между тем согласно ст. 7 ГК права и обязанности лиц возникают не только из законодательства, но из договоров и иных сделок, предусмотренных законодательством, а также из договоров и иных сделок, которые хотя и не предусмотрены законодательством, но не противоречат ему.

Обязанность ответчика возместить указанные расходы была установлена договором. При отсутствии в договоре условия о возмещении данных расходов возникшая разница в сумме НДС уплачивалась бы истцом самостоятельно и уменьшала бы размер его вознаграждения. Но поскольку стороны в договоре предусмотрели возмещение данных расходов, постановление апелляционной инстанции о взыскании с ответчика расходов в сумме 1,2 млн бел. руб. являлось законным и обоснованным.

На основании вышеизложенного кассационная инстанция оставила жалобу ОДО без удовлетворения, а судебное постановление апелляционной инстанции хозяйственного суда в силе.


Сергей Леонтьевич Кулаковский.

Окончил с отличием Гродненский госуниверситет им. Я. Купалы по специальности «Правоведение» в 1986 году. Работал юрисконсультом, старшим юрисконсультом предприятий г. Гродно, инструктором, ведущим специалистом организационного отдела Гродненского облисполкома. С 1991 года — судья хозяйственного суда Гродненской области, с августа 2009 г. — судья Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь. В настоящее время — заместитель председателя хозяйственного суда г. Минска.

http://www.profmedia.by/pub/bnp/



сундук